Для меня тренер был и отцом, и матерью. Он имеет право и где-то тебя погладить, и где-то прикрикнуть. Но чтобы бить – такого не случалось. У вас с тренером может происходить разбор полётов на повышенных тонах. Он объясняет, что я не так сделал. Оба на эмоциях.
У меня был случай на Олимпийских играх в Афинах. Проигрывал греку, болельщики, разумеется, его поддерживали. Откровенно растерялся в тот момент. И тренер (Александр Тараканов. – Прим. «Советского спорта») зарядил мне полотенцем по лицу. Я сразу перегрузился и разорвал соперника. А со стороны могло показаться, что он меня бьёт. Тренер – благородная работа, но неблагодарная. Они берут детей с младых лет и воспитывают как своих собственных. При этом родных могут реже видеть. Воспитывают мальчишек, чтобы те приносили нам медали, — сказал Мишин корреспонденту «Советского спорта» Николаю Кандышеву.