«Ролан Гаррос» пройдет и без Шараповой». Кристина Младенович продолжает войну

Я обычно откровенно говорю о возникающих в туре проблемах, которые считаю важными. Такой я человек. Но я всегда выражаю лишь тщательно продуманные мысли, когда знаю, что полностью права и мне не придется сожалеть о сказанном.

Я не позволяю себе никого осуждать, если в чем-то сомневаюсь или уверена не до конца. Мне кажется, что люди в туре, спорте и обществе в целом слишком зажаты. Мы боимся говорить то, что считаем правильным, поэтому нам трудно защищать ценности, в которые верим.

Мне кажется, что, являясь в своем виде спорта чем-то вроде знаменитости, я могу оказывать влияние и озвучивать то, о чем многие думают, но боятся сказать. Я такая от природы – в моем характере заложены лидерские качества.

Мои высказывания о Марии Шараповой вызвали резонанс, меня раскритиковали ее поклонники. Когда ты кого-то любишь, то жесткая правда может причинять боль. Это очень непростая и важная история.

По мне существует две стороны – спортсменка и человек. Как я уже говорила, мне никогда не нравилось то, какой она человек - не очень общительная, не очень вежливая... Конечно, мы не можем дружить всем туром, и к тому же теннис - это работа. Но это элементарное воспитание - поздороваться, сказать спасибо... Мы видимся каждый день, поэтому мы должны быть вежливыми и проявлять уважение. Люди не должны игнорировать друг друга, в противном случае наша жизнь будет серой и унылой.

Теперь спортсменка. Я всегда уважала Шарапову за ее титулы и профессионализм, за поведение и настрой на корте, которые демонстрировали ее бойцовский характер. Поэтому когда появились новости о положительной допинг-пробе Марии, я была очень расстроена.

Пусть мне не нравится ее характер, но я всегда уважала ее победы, потому что сама ничего подобного не достигала. Она - безоговорочная чемпионка в нашем спорте.

И когда случилась эта история, я очень расстроилась, ведь она бросила тень на все ее достижения. Шарапова утверждает, что принимала этот препарат 10 лет. Ок, некоторые говорят, что до января 2016 года все было в порядке (мельдоний был разрешен), и запрещенный препарат она принимала всего три недели (со дня запрета до дня положительной пробы).

Но если препарат запретили, это значит, что он должен был быть запрещен и на протяжении последних 10 лет - он не был исследован и внесен в список запрещенных, потому что о нем не знали. В конечном счете, его нашли, поэтому я считаю, что если он запрещен сейчас, то должен был быть запрещен и до этого.

Он улучшает результаты и помогает спортсменам выступать. Это не какой-то крем, который ты использовала два месяца, а потом оказалось, что он запрещен. Это длительный процесс, ты принимаешь препарат на протяжении 10 лет. Сейчас все показывают отличный теннис, и на элитном уровне все решают детали. Поэтому, логично, что сейчас у многих возникли сомнения относительно Шараповой - помогал мельдоний ей в прошлом или нет. И мы никогда этого не узнаем.

В спорте для меня важны, в первую очередь, честность и его чистота. Именно поэтому я критиковала Шарапову.

Я играла с Марией в полуфинале Штутгарта. Для нее это был первый турнир после дисквалификации. Там было нереальное количество журналистов – форменное безумие. Весь мир следил за Шараповой и этим турниром.

Она продемонстрировала отличную форму, играла великолепно, обыгрывала всех в двух сетах, а потом был наш полуфинал. Конечно, она была в курсе моих высказываний о ней, потому что немногим хватило смелости ее критиковать. Из-за этого я чувствовала напряжение между нами.

Безусловно, я знала, что у нее много сил, ведь Шарапова не играла 15 месяцев, плюс ко всему, мои слова стали для нее дополнительной мотивацией. Она начала очень мощно. Я была удивлена, что многие игроки писали мне до и после матча - и это давило на меня. И дело не в том, что на корте я отстаивала свои принципы… Это было странное ощущение, ведь конкретно против нее я ничего не имею, она мне ничего не сделала. Все дело в допинге.

Конечно, ее мастерство никуда не делось, поэтому я не сомневалась, что Шарапова покажет отличную игру. Я ждала сложного матча, и он получился триллером – это было отличное зрелище для болельщиков. Я очень горжусь тем, что выиграла, но не тем, что обыграла именно Марию, а тем, как справилась с излишним вниманием и давлением, ведь этот матч смотрели все. Я проиграла первый сет, а затем уступала с брейком, казалось, что я не создаю ей никаких проблем. После всех моих слов люди могли подумать: «Смотрите, она может только болтать. Она проигрывает Шараповой без борьбы, у нее нет характера». И тот факт, что я в итоге проявила характер, вернулась в игру, показала отличный теннис…

В каком-то роде это драма и я думаю, что зрители испытали удовольствие, наблюдая за ней. Впрочем, с точки зрения игры, я была рада победе, потому что вышла в финал, а не потому, что обыграла Марию.

Конечно, победить в таких обстоятельствах было особенно приятно. Если бы я обыграла другую соперницу на другом турнире, вряд бы я испытала подобные ощущения. Этот матч для меня многое значил, и я поняла, что говорить легко это может делать каждый, а вот ответить за свои слова куда сложнее. Ранее я никогда не оказывалась в подобных ситуациях, и это стало отличным опытом. Ведь чтобы справиться с давлением, мне пришлось работать над собой, над своей психологической устойчивостью. Вся эта история – немного больше, чем просто теннис.

Сейчас активно обсуждается то, что Марию приглашают на турниры, дают ей wild card. Это серьезная тема для дискуссии. Я понимаю организаторов небольших турниров, вроде Мадрида или Штутгарта - Мария настоящая дива в теннисном мире - ее присутствие повышает внимание к соревнованиям, помогает продать больше билетов и увеличить прибыль. Даже если директор турнира не хочет давать ей wild card, то все равно вынужден будет это сделать, ведь спорт - это бизнес.

На месте организаторов я бы тоже думала о том, как сделать его успешным, заработать и выжить. Я не могу их за это осуждать.

Но с турнирами Большого шлема ситуация другая. Я думаю, что «Ролан Гаррос» великолепно пройдет и без нее.

Это Большой шлем, который проводит национальная федерация, у которой свое мнение и своя позиция. Посмотрим, какое решение они примут. Зная их, у меня возникают сомнения, что они не пригласят Шарапову. В принципе, они могут принять и другое решение - посмотрим. Я же считаю, что она не должна получать wild card на Большие шлемы.

Других игроков беспокоит то, что у нас нет никаких санкций касательно тех, кого ловили на допинге. Бывшие первые ракетки мира и чемпионки Большого шлема по правилам могут получать неограниченное количество wild card. Конечно, это здорово, но для тех, кого ловили на допинге, нужны особые правила.

Конечно, у теннисиста должна быть возможность вернуться в тур и снова играть. Но я имею в виду то, что Шарапова может получать wild card хоть каждую неделю, не переживая о том, что не играла 15 месяцев, и у нее нет рейтинга. Она все равно будет выступать, как будто у нее есть рейтинг.

Я говорю это, потому что думаю о других. Мое место она не занимает, меня это не касается, но, может быть, она занимает место девочки, которая много работала, чтобы получить wild card.

О Шараповой существуют разные мнения, кто-то говорит, что она заслуживает приглашения на турниры, потому что хорошо играет. Можно по-разному смотреть на ситуацию. Как я уже сказала, я понимаю турниры, и не буду осуждать организаторов - бизнес есть бизнес. Но я считаю, что с моральной точки зрения выдача wild card Шараповой - это неправильно и несправедливо.