– Уникальный случай: вы единственный из футболистов, переходивших из «Зенита» в «Спартак», кто таким решением не навлек на себя гнева питерских болельщиков. Почему?
– Да, у меня в те годы было полно приятелей из фанатской среды, все они отчаянно болели за «Зенит», но никто из них даже не спрашивал, почему я вынужден уйти из команды, – вспоминает Радченко, работающий ныне тренером нападающих в академии «Зенита». – Ситуация в клубе и команде тогда, в 1990-м, была тяжелейшей. Масса проблем. Руководство в клубе менялось еще чаще, чем тренерский штаб. Все так устали от неопределенности, что прямо по ходу турнира первой лиги игроки один за другим стали покидать «Зенит». Ближе к концу первенства, которое мы уже попросту доигрывали, были матчи, на которые с трудом набиралось 11 футболистов.

Я, правда, никуда не рвался. Мне было всего 19 лет, я всего лишь второй сезон выступал за «Зенит» – команду детской своей мечты! Поэтому доиграл сезон до конца, очень старался, забил 11 мячей – больше всех в команде. Но... контракт закончился, а нового мне никто не предложил. Да, собственно, и некому было его предлагать – никто не понимал, кто вообще в дальнейшем возглавит клуб.

– Расскажи сегодня подобное в «Зените» молодым поклонникам клуба – ведь не поверят! Всего четверть века прошла...
– Увы, были в «Зените» такие печальные времена. Пришлось и мне уходить. Но встал вопрос: куда именно? К тому моменту я уже играл за олимпийскую сборную СССР, предложений было много. Очень настойчиво звал во Владикавказ Газзаев, в те годы тамошний «Спартак» был на слуху и обладал прекрасными условиями. В московское «Динамо» приглашал Бышовец – и с бело-голубыми я даже успел предварительное соглашение заключить. И вдруг, в последний момент, возник вариант со «Спартаком».

Честно говоря, для меня это был вызов – и очень заманчивый. Во-первых, годом ранее эта команда при совсем еще молодом главном тренере Романцеве стала чемпионом Союза. Во-вторых, тот «Спартак» демонстрировал очень симпатичный футбол. И в-третьих, как раз тогда из «Спартака» уехал во Францию такой опытнейший мастер, как Родионов. Место в атаке рядом со Шмаровым было вакантно, и я понял, что у меня есть хороший шанс. Поговорил с родителями, чьим мнением я особенно дорожил, – и отец дал добро на поездку в Москву.

– Но поначалу пришлось жить вовсе не в Москве, а в Тарасовке, так?
– Да, жил на базе и очень скучал по Ленинграду. Но права на переживания не имел: шанс заиграть в «Спартаке» выпадал не каждому. А кроме того, видел, что многим ребятам приходится сложнее, чем мне. Мы еще только просыпались, а Валерка Карпин уже спешил на электричку, чтобы успеть на тренировку спартаковского дубля в Сокольники. Вот ему порой доставалось от Романцева. Но ведь характер у Валерки – дай бог каждому. Не обладая от природы выдающимися данными, он в большом футболе фактически сделал себя сам.

Меня же Олег Иванович не ругал никогда – даже после самых неудачных матчей. Когда, поверьте, было за что ругать! Романцев был замечательным психологом и всегда точно знал, какой тон и манеру разговора применить к тому или иному игроку. Таким же абсолютно отлаженным был весь рабочий процесс в «Спартаке» начала 90-х.

Многие приходившие в команду футболисты в прежних клубах были лидерами, а здесь все предстояло доказывать заново. Витя Онопко, Ледяхов, Пятницкий, Никифоров с Цымбаларем – все они появились при мне, и я видел, как им поначалу было тяжело. Но сама атмосфера той команды, интересные тренировки, умение Романцева донести до нас, что именно следует выполнить на поле, делали свое дело.

– Силен был тот «Спартак», верно?
– Очень! В Кубке чемпионов и Кубке кубков до полуфиналов доходили! Мой дубль в ворота «Реала» на знаменитом «Сантьяго Бернабеу» особняком стоит в памяти (в ответном матче 1/4 финала Кубка чемпионов-1990/91, завершившемся со счетом 3:1 в пользу москвичей. – Прим. ред.). Он во многом способствовал тому, что я попал в испанский чемпионат, где провел немало очень неплохих лет.

Незабываемы, конечно, и два знаменитых матча «Спартака» с «Ливерпулем» (в 1/4 финала Кубка кубков-1992/93 красно-белые победили и дома, и в гостях: 4:2 и 2:0. – Прим. ред.), и то, что мне удалось забить такой важный гол на «Энфилд Роуд»... Эти мячи стоят в одном ряду с тем, что я провел в ворота Камеруна на ЧМ-1994 в США. Тогда вообще, можно сказать, сбылась детская мечта – сыграть и забить на чемпионате мира. И еще один гол всегда буду помнить – свой первый в высшей лиге чемпионата СССР. За «Зенит» – душанбинскому «Памиру».

– Этот гол на искусственном ковре СКК многие питерские болельщики со стажем помнят. Уж очень необычны были ваш акробатический бросок и удар в падении головой после прострела Веденеева. Еще помнится, что 18-летний новичок «Зенита» Радченко выделялся координацией, но был настолько тощим, что болельщики на трибунах кричали: «Гляди, Димку-то сейчас ветром сдует!»
– (Смеется.) Да, было такое. В 15 лет вообще килограммов 20 до нормального веса недотягивал. Но тренеры говорили: «Ничего, были бы кости, а мясо нарастет». И точно, потом поднабрал...

– Удивительная деталь: и за «Зенит», и за «Спартак» до отъезда в Испанию вы успели провести одинаковое количество матчей в чемпионатах СССР и России – по 61. Так кем себя больше ощущаете – зенитовцем или спартаковцем?
– Непростой вопрос... Наверное, честно будет сказать: 50 на 50. Родной «Зенит», куда я после выпуска из «Смены» пришел совсем еще сырым, дал мне шанс попасть в большой футбол. А благодаря «Спартаку» я сумел в нем раскрыться. Дважды стал чемпионом страны, сыграл в еврокубках, попал в сборную. Все это незабываемо, и я очень благодарен обоим клубам.

– Вы ведь уже на излете карьеры могли вернуться в «Зенит». Но случилась какая-то загадочная история на сборе...
– Для меня самого это полнейшая загадка. Тогда у меня закончился контракт с «Джубило Ивата», я стал свободным агентом. Мог остаться в Японии, мог уехать в Китай. Но очень хотелось вернуться в «Зенит». Приехал на сбор команды в Барселону. Потренировался, сыграл в товарищеских матчах. Хлопнули с Морозовым по рукам. Почувствовал себя счастливейшим человеком. А наутро, после завтрака, Юрий Андреич зовет на разговор: ты, мол, нам вряд ли сможешь помочь... И говорит это как-то невнятно.

Точно так же невнятно, даже сбивчиво, несколькими годами ранее ассистенты Романцева в сборной, Тарханов с Игнатьевым, сообщили мне, что я отцеплен от заявки на Евро-1996. Хотя в отборочном цикле и забил несколько важных мячей. Причем один говорил, что у меня было слишком мало игровой практики в «Депортиво», а второй – что всему виной моя травма передней поверхности бедра. Вызвало недоумение, почему же всегда так тепло ко мне относившийся Олег Иваныч не сообщил о своем решении сам. Осадочек, как в известном анекдоте, остался... Так и после барселонского разговора с Морозовым я, честно говоря, ничего не понял – что же могло измениться за одну ночь?! Но ничего выяснять не стал, собрал вещи, пожелал «Зениту» удачи и уехал. Но, видите, теперь все-таки работаю в родном клубе – и очень этим доволен.

– «Зенит» в текущем чемпионате России пока в роли догоняющего, а «Спартак», к удивлению многих, лидирует...
– Для меня удивителен не только этот сезон, а минимум последнее десятилетие «Спартака». Бесконечная чехарда с тренерами, игроками... Очень жаль преданных болельщиков команды, которые годами ждут, когда же любимый «Спартак» вновь выйдет на привычный первый план. Скажи нам в начале 90-х, что придут времена, когда «Спартак» за 13 лет не выиграет ни одного титула, – расхохотались бы всей командой!

Работу Массимо Карреры мне пока сложно оценивать. Да, он эмоционально встряхнул игроков, видно, что они получают удовольствие от футбола. Это важный момент. Видно и то, что «Спартак» при Каррере стал более надежен в обороне. Но кардинальных изменений в игре команды я пока не увидел.

А вот у «Зенита» такие изменения, безусловно, есть. Рисунок игры при Мирче Луческу совершенно другой, чем был при Виллаш-Боаше. С первых же матчей стало ясно, чего он добивается от команды: контроля мяча, игры первым номером, независимо от соперника. Прививаются короткие и средние передачи. И от матча к матчу «Зенит» прибавляет. Его футбол становится более стабильным. И это атакующий футбол.

– «Спартак» стал надежнее в обороне, «Зенит» прибавляет в атаке. Тем интереснее будет 2 октября на «Петровском»?
– Очень интересным обещает быть матч! В полных трибунах не сомневаюсь. Болеть, конечно, буду за «Зенит». Я все-таки петербуржец и о своих корнях не забывал ни в Москве, ни в Испании, ни в Японии. Но красивый футбол хочется увидеть в исполнении обеих команд.

– Представим себе: заканчивается этот чемпионат. «Зенит» – первый, «Спартак» – второй, обе команды – в Лиге чемпионов...
– (Смеется.) Для меня – идеальный вариант!