«Никогда бы не сказал, как Аршавин». Георгос Карагунис о том, как одним ударом изменить российский футбол

Карагуниса прет. Всегда.

Он щелкает пальцами, хватает левой рукой правую, правой – колено, закусывает губу и вылезает на тебя сумасшедшими глазами. Этим взглядом прококаиненного Марадоны смотрит трезвый человек. 

- Ну да, футбол-футбол, - ерзает по дивану и скалится Карагунис. – А теперь я чиновник.  Привыкаю.

Мы разговариваем в лобби отеля в Болгарии. Юношеская сборная Греции (U-17), которую он, как руководитель делегации привез на Евро-2015, только что выиграла у Шотландии.

- Эти британцы лучше играли, но у нас есть характер. То же самое было и с Россией (2:2): мы не показали суперфутбола, но чуть не выиграли. Знаешь, я горжусь. Молодые греки такие же, как и мы. Их не сломать.

Через три дня после нашего разговора команда Карагуниса пропустит на последней минуте от Франции и вылетит с турнира. Сборная России благодаря этому голу пройдет со второго места в четвертьфинал. Вечером после того матча обычно приветливый Гиоргос пройдет, не поздоровавшись. Хорошо, что небольшое интервью (Карагунис не говорит по-английски, а через переводчика соглашается общаться только 15-20 минут) мы записали раньше.

- Знаю эти шутки, что Карагунис только молодеет и мог бы играть до 100 лет, - Карагунис выпячивает нижнюю челюсть. В его гримасах - это улыбка. - Год назад мы со сборной Греции выходили из группы на чемпионате мира в Бразилии, я чувствовал в себе силы. Предложения тоже были.

- Причем тут деньги? Разве у меня их было мало?! Просто решил, что нужно уходить в тот момент, когда ты на вершине. Иначе все это будет выглядеть жалко. Представь, что кто-то резвее, быстрее и выжимает Карагуниса из состава. Я цепляюсь, но уже ничего не могу сделать. Это не для меня.

- В Греции я отвечаю за все сборные. Смотрю, учу, объясняю. Да, иногда хочется выйти на поле, но сейчас у меня новая жизнь. Я пока не успел ее почувствовать, но буду работать с сердцем.

- Только с сердцем можно выиграть чемпионат Европы, когда твою команду не видят даже в четвертьфинале. Только с сердцем можно побеждать сборную России в 2012-м. Можно быть техничным, быстрым, но без сердца нечего делать на поле. Играть честно, с душой, за свою страну, за людей – это главное. Для греков уж точно.

- Там были какие-то изменения: тренера убрали, по-моему.

- Давай я извинюсь перед ними, хорошо? – нападает Карагунис. – Мне, честно говоря, вообще все равно, что произошло тогда в России. Этот гол был для Греции, для всей нашей многострадальной Греции, для каждого человека. Я этот помню как сейчас.

Ок.

Конец первого тайма, счет 0:0, который не устраивает команду, болельщиков, всю Грецию. У нас мало моментов, а Россия точно играет не хуже. И тут – обычный аут, чуть ли не от центрального круга. Не чувствовал чего-то особенного. Просто стоял рядом с центральным защитником (Сергеем Игнашевичем, прим. Ред.) почти у боковой линии и не понимал, что он делает на фланге. 

Мы выбрасываем мяч из аута – как и надо, параллельно бровке. За высокий длинный заброс бороться с огромным защитником нереально.  Вот я и отскочил ему за спину. Зачем? Да кто знает? Считайте, что это было чутье – ведь Игнашевич скинул мяч мне на ход.

Я вбегал в штрафную с угла, и происходящее было чудом: еще один высокий парень, который должен был встречать (Алексей Березуцкий, прим. Реж) зачем-то убежал от меня в к 11-метровой. Путь был открыт, так что у меня было время даже остановиться и подумать.

Когда я вошел в штрафную, то решил бить. Просто бить. Сильно, подъемом, потому что был уверен в себе. По полету мяч сразу понял, что все будет хорошо.

Я бежал к трибуне и видел там русские флаги. Везде русские флаги. Наверное, многих людей в тот момент я огорчил. Греков было меньше, мне пришлось искать их глазами на трибуне. Они сходили с ума и были счастливы, мы не имели права это счастье прервать.

- Счет был 1:0. Обыграл троих, вбежал в штрафную и меня сбили. Защитник выставил ногу, об которую я споткнулся. Когда судья побежал ко мне с этой желтой карточкой за симуляцию…- Карагунис сбивается. - Ты знаешь, я обращался к Господу, что не обманывал его, не обманывал никого. Меня ударили по ногам, был пенальти, но мы его не исполнили. Счет не стал 2:0. Зато я пропускал следующий матч, а команда оставалась без капитана в четвертьфинале. Это был не первый случай на Евро, когда с Грецией так поступили: я кричал всем, кого видел – резервному судье, запасным, целовал флаг, крестился, чтобы они видели: мы не сдадимся. Нас не сломали, понимаешь. Мы вышли.

- Да, сказал, что наш народ живет дерьмово, и год от года все только хуже. У людей нет денег, нет работы. Они бедные, понимаешь?! Им очень тяжело, и мой гол, наша игра заставили их улыбнуться. Это важно.

- Народ бедный, работы все так же нет, поводов улыбаться все также немного.

- Ты знаешь, я не хочу обсуждать Евросоюз и политику. Но русские и греки – православные братья, мы близки друг другу...

- И что было дальше?

- Я бы не позволил себе сказать, как Аршавин. Никогда не конфликтовал с фанатами, с народом. Понимаю, что они могут быть требовательными, понимаю все. Но моя профессия – играть для них.

- Критиковали. Это нормально. Я – футболист и хорошо зарабатываю. Но бывает, что человек, обычный болельщик, получает какие-то центы, но от него зависит, будет ли работать электричество во всем городе. За одну ошибку он может сесть в тюрьму, мне же грозит только критика. И еще: фанаты никогда не будут освистывать человека, который открыт для них сердцем.

- В 2004 пропускал матч из-за дисквалификации. Тогда Россия выиграла 2:1. Первый гол забили на уже вначале (Дмитрий Кириченко - прим. ред.), а потом головой пробил огромный форвард (Дмитрий Булыкин - прим. ред). О той команде вообще ничего не помню. Были совсем другие эмоции. В 2008 ваша команда была очень сильной и играла красиво, в пас. Победить ее смогла только Испания, это о многом говорит.

В 2012-м мне показалось, что игроки остались те же, но энергии и огня было меньше. Честно скажу, я не большой знаток русского футбола.

- Да-да. Помню этого парня в «Бенфике». Мы с ним вместе туда пришли. У Каряки был хороший удар, да и вообще он мог отличным футболистом стать, но потом что-то случилось.

- Ну разве еще то, что мы были двумя игроками, которые почти не могли ни с кем общаться, в том числе и друг с другом, потому что не знали английский.

- Да, - четко и односложно отвечает Карагунис.

- Деньги от федерации футбола. Не так много, но и наплевать. Самое главное, что автобус с командой пять часов ехал пару километров по в центру Афин. Мы не могли двигаться быстрее, потому что весь город был полон счастливыми людьми. Нас встречали миллионы – и это не поменяешь на миллиарды денег.

- Для меня это до сих пор сюрприз. Мы не делали ничего специально: просто жили командой как семьей, чувствовали поддержку и готовы были разбиться на поле. Даже глупо выделять какие-то матчи – вся дорога к титулу была одним большим чудом.

- Он нам забил в первом матче. Но, согласись, было бы странно следить за довольно техничным и наглым парнем, если рядом играют Луиш Фигу, Руи Кошта и остальные.

- Тот самый, за кем я не следил 10 лет назад. Но Месси, думаю, его вновь обгонит. А потом Роналду снова опередит Месси. Думаю, в ближайшие годы мы вряд ли выделим кого-то вместо этих двоих.