- Когда команда выходила из первого дивизиона в премьер-лигу, вообще никаких проблем не возникало. Я работал в тесном контакте с губернатором, чувствовал его доверие и поддержку. Это были счастливые времена. И всегда придерживался такого принципа: если я руководитель, значит я - хозяин. Только так может прийти успех. Но с первых же дней 2011 года, когда команда стала готовиться к своему дебютному сезону в элитном дивизионе, один из членов правления клуба постоянно стал мне намекать, что кредит доверия ко мне исчерпан. Я понял, что во главе «Волги» хотят поставить своего человека, меня же при этом хотят сделать, по сути, «свадебным генералом». Я не маленький ребенок, чтобы надо мной ставили человека, который не отличает мяча от шайбы, и чтобы он мной руководил. Это бесполезно. И рано или поздно я должен был принять то решение, которое я принял, - покинуть свой пост.

Подчеркну, что на тот момент ситуация в «Волге» была под контролем. Даже несмотря на то, что основная часть денег от спонсоров должна была поступить только в октябре. А после того как в клубе появилась должность генерального директора, в «Волге» начался раздрай: кто-то примкнул к Гойхману, кто-то к Анисимову. Начался период двоевластия. А там, где двоевластие, никогда не будет порядка. Нашлись люди, которые начали заниматься наушничеством, подковерными играми. Короче, всем, чем угодно, только не делом.

В той ситуации футболисты полностью поддержали меня. Первую попытку уйти я предпринял после матча с «Ростовом», который мы проиграли - 0:1. Я заявил о своем уходе сразу после финального свистка. Глубокой ночью после этой игры все ведущие игроки приехали ко мне домой, и попросили остаться. Я просто не смог им отказать.

Но когда даже после выигранного поединка у грозненского «Терека» в мой адрес продолжали лететь упреки, что команда играет плохо, у меня просто сдали нервы, и я написал заявление об уходе. Еще раз повторяю: это было мое решение. Но решение, которое было спровоцировано ситуацией, которую искусственно создали в клубе отдельные люди.

На протяжении полутора лет я делал все, чтобы футбольный клуб «Волга» был одной большой семьей - начиная от уборщицы и заканчивая президентом. И на этом пути удалось очень многое сделать. Но ряд решений некоторых членов правления клуба привел к тому, что отлаженная схема стала давать трещину, «Волга» встала на путь в никуда.

- Тот, кто это говорил, сам присутствовал при составлении графиков платежей. И если кто-то думает, что с таким монстром, как «Газпром», который стал спонсором «Волги», в этом направлении просто работать, тот глубоко заблуждается. Я был рад уже тому, что вообще этот договор с «Газпромом» удалось подписать. Подписывали его достаточно долго и мучительно, несмотря на то, что Валерий Шанцев и председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер вроде бы обо всем договорились лично. Со стороны компании постоянно выдвигались какие-то требования или пожелания. В итоге подписание состоялось только в конце марта, когда первый квартал года закончился. А у кого-нибудь вообще голова болела, на что жил клуб весь первый квартал? На какие шиши он ездил на сборы, покупал футболистов?

Когда я принял клуб, он задолжал своим кредиторам 125 миллионов рублей. Сейчас начинают отрицать этот факт: мол, не было никаких долгов. Но, слава Богу, это можно подтвердить бухгалтерскими документами, они сохранились. Приходилось гасить эти долги, причем помогал мне это делать губернатор, за что ему большое спасибо.

Да, были у нас проблемы с выплатой зарплаты, но ничего страшного в этом не было. Зная график спонсорских поступлений, мы предполагали, что этого избежать не удастся. Поэтому еще в марте я собрал команду и сказал ребятам, что у нас, вероятнее всего, будут два провала по выплате денег - в мае и сентябре. Спросил, не против ли они, если эти две зарплаты мы перенесем им на начало нового года. Парни даже поаплодировали мне. «Леонидыч, то, что нам нужно в первую очередь - это определенность, - сказал тогда кто-то. - Мы вам верим». И вопрос сам собой разрешился. И когда в мае зарплаты не было, никто и слова не сказал, потому что к этому были готовы.

- Потому что с ребятами надо было разговаривать, объяснять им ситуацию. Как раз перед самым моим уходом один из московских клубов премьер-лиги хотел у нас купить вратаря Илью Абаева за миллион евро, хотя приобрели мы его всего за 300 тысяч долларов, и трансфер полностью бы закрывал все финансовые проблемы «Волги» на тот период времени. Когда я ушел - и Абаева не продали, и ставить его в состав прекратили. А ведь в команде было три голкипера - Кержаков, Астахов и Абаев, и уход Ильи никак не сказался бы на боеспособности коллектива. Мало того, из меня тогда врага сделали - мол, он готов всех лучших футболистов распродать.

- Чего только я не наслушался после трансфера Марцваладзе. Говорили, что Гойхман продал нападающего и здорово на этом «подлатался». Давайте расставим все точки над «i» и определимся для начала, как Марцваладзе в команде появился. Он появился в «Волге» вопреки желанию Побегалова, который на тот момент был главным тренером. Я все же убедил тренера в необходимости заполучить этого нападающего. Начались тяжелейшие переговоры с «Анжи», которые длились несколько дней кряду до двух-трех часов ночи. «Анжи» выставил изначально сумму за Отара - 600 тысяч долларов. Мы тогда не могли за такие деньги покупать футболистов. Договорились: мы платим Махачкале 50 тысяч «зеленых», «Анжи» отдает нам Марцваладзе в аренду, но у нас остается первоочередное право выкупа футболиста за 550 тысяч. В итоге, «Волга» этим правом воспользовалась, когда вышла в премьер -лигу и когда уровень финансирования клуба стал другим. За эти несчастные 50 тысяч Отар забил 21 гол в первом дивизионе и, по сути, вывел команду в элитный дивизион. Когда мы выкупили Марцваладзе, он выставил свои личные требования. Игрок заявил, что зарплата его не очень устраивает, зато устраивает то отношение, которое к нему есть в «Волге». Но попросил, чтобы в контракте записали: по первому требованию он может за те 600 тысяч долларов из команды уйти. И я этот пункт прописал, поскольку не имел права поступить по-другому. Потому что знал, что по своим потенциальным возможностям Марцваладзе может зарабатывать вдвое больше. Что и показала жизнь, когда в середине сезона его пригласил «Краснодар» на гораздо большие деньги. Его можно понять, ему надо семью кормить (у парня погибли родители). И обвинения в мой адрес, что я сделал бизнес на Отаре, абсолютно беспочвенны. Ну, выпросил я у «Краснодара» не 600 тысяч, а миллион долларов. Так они ведь на нужды клуба пошли.

Вы еще про Бендзя меня спросили? На летнем сборе в Австрии Сергей подошел ко мне и говорит: «Леонидыч, отпусти, ради Бога, не могу, домой хочу». Но была и вторая сторона медали, которая для меня тоже очень важна. Если я не отпускаю Бендзя, значит, коренной нижегородец Буйволов будет сидеть на лавке. А у парня-то потенциал, еще немного, и мы его загубить можем, если он играть не будет. И я сказал Бендзю: «Езжай». При этом мы договорились с Черышевым, что Буйволов сразу становится в центр обороны. Ну, ругайте меня и за это тоже.

- Ещенко вообще достался нам бесплатно! Это огромное достижение селекционной политики клуба. Все хотели на нем «навариться», куча агентов за ним бегала, приходили какие-то поддельные документы и из России, и с Украины. Ещенко утверждал, что их не подписывал. ФК «Волга» всем агентам, всем спортивным компаниям, которые предъявляли на него права, нос утер! Но мы тогда прекрасно осознавали: если его пригласит топ-клуб, он как пришел бесплатно, так и уйдет. А нынешнее руководство клуба опять меня корит: неправильно мы, оказывается, составили с ним контракт. Тогда мне, наверное, сразу надо было от этого футболиста отказаться, и не было бы сейчас никаких разговоров. Надо просто было с ним работать, разговаривать. Если бы я сегодня был в клубе, никуда бы Ещенко не ушел, несмотря на приглашение «Локомотива»!

Теперь вот и Турсунова нет в команде... Мало кто знает, как я с Санжаром полтора года назад переподписывал контракт. Часами его уговаривал остаться, он ведь тогда хотел уйти из «Волги». И сейчас ведь его можно было уговорить. Просто никто не попытался даже этого сделать. Человек просто внимания к себе хотел.

- Почему же, были. В этом межсезонье меня приглашали два клуба, причем один из них - серьезный столичный. Но я нижегородец, футболом могу заниматься только в Нижнем Новгороде. Пойти и работать против «Волги». Да ни за что!

- Это перевернутая страница моей жизни. Конечно, надо бы забыть про футбол. Но когда его любишь, это невозможно. Поэтому переживания до сих пор не отпускают. А что касается бизнеса... Я же вернулся на родное предприятие, которому отдал 31 год, 16 лет являлся его основным учредителем и совладельцем. Поэтому это мой дом родной. Разница лишь в том, что до ухода в футбол я был в «Нижегородце» и учредитель, и руководитель, а теперь у компании есть молодой амбициозный управленец, и мое дело - контролировать и подсказывать.

- Боюсь, что нет. Это не обида во мне говорит, а объективная реальность. Я не понимаю, кто будет оставлять команду в премьер-лиге. Звонил Дмитрию Черышеву, интересовался, как ему работается, как идёт селекция. Знаете, что он мне ответил: «Я этих игроков не приглашал». Тогда я вообще не понимаю, что там сейчас происходит...