Молодеем и беднеем. Ученые оценили последствия пандемии для футбола, в том числе – российского

Предметом анализа стали 31 национальный чемпионат, 479 клубов и 12 088 футболистов, выходивших на поле в матчах высших дивизионов этого или одного из двух предыдыщих сезонов. Европейские лиги были разбиты на четыре условные группы:

- ведущая пятерка (Англия, Италия, Испания, Германия, Франция);

- вторая пятерка (Россия, Португалия, Бельгия, Украина, Голландия);

- десятка середняков (Турция, Австрия, Дания, Шотландия, Чехия, Кипр, Швейцария, Греция, Сербия, Хорватия);

- одиннадцать аутсайдеров (Швеция, Норвегия, Израиль, Белоруссия, Болгария, Румыния, Польша, Словакия, Словения, Венгрия, Финляндия).

Один из основных трендов пандемийного 2020-го - увеличение доли молодых игроков (до 19 лет) в составах команд. В 2009 - 2019 годах этот показатель в среднем составлял 3,2% и ни разу не превышал 3,6%. В нынешнем году он достиг 4% (около 483 игроков). За последние два года таких футболистов стало примерно на полторы сотни больше. Россия, правда, выбивается из тренда. Доля игроков не старше 19 лет в клубах РПЛ, как и год назад, составляет 2,2%.

Зато доверие новичкам чуть более старшего возраста в нашем чемпионате точно выросло. В 2020 году на профессиональном уровне дебютировали 5,6% от всех задействованных в РПЛ игроков. Это ровно в два раза больше, чем в среднем в 2012 - 2019 годах (2,8%). Иначе говоря, клубы стали активнее вводить в состав не таких уж и молодых дебютантов без опыта выступлений на высшем уровне. Хорошим примером служит «Краснодар», предоставивший шанс 10 таким игрокам, большинство которых уже перешагнули 20-летний рубеж.

В Европе, как водится, не так. Вызванные пандемией финансовые проблемы довели число дебютантов в составах клубов до 5,4%. Средний показатель за предыдущие 10 лет стабильно колебался в районе 4,1%, а прирост по отношению к 2019-му составил рекордные 0,9%. При этом, в отличие от России, 74% дебютантов - младше 19 лет (у нас - 39%).

Однако чем богаче и сильнее чемпионат, тем сложнее пробиться молодежи. Так, в топ-5 лиг дебютантов всего 2,8%, а прирост составил всего 0,2%. То есть, пока бедные обкатывают тех, кто не имеет опыта на высшем уровне, богатые продолжают собирать сливки по всему миру, не утруждая себя поиском ноунеймов из низших лиг.

Так что богатые опять всех объегорили. В топ-5 лиг средний возраст игроков увеличился, тогда как в большинстве других чемпионатов уменьшился. Исключение составила только бундеслига (она омолодилась на 0,23 года). Пример - появление в составе дортмундской «Боруссии» 17-летнего Джуда Биллингема, запомнившегося российским болельщикам результативной передачей на Эрлинга Холанда в матче Лиги чемпионов против «Зенита» (2:0).

В ведущих чемпионатах опытных игроков только прибавилось, тогда как всем остальным приходится задействовать, в основном, новичков. А значит, разрыв продолжает расти. Англичане, «Реал», «Барселона» и прочие могут сколько угодно жаловаться на снижение доходов, но ни по кому кризис не ударил так сильно, как по странам с более слабой экономикой.

Так, сильнее всех омолодились чемпионаты Сербии (-0,78 года), Венгрии (-0,64) и Словакии (-0,53). Россия поддержали тенденцию – седьмое место по данному показателю (-0,34), но в большей мере это связано с тем, что у нас очень возрастная лига (26,36 года). Только девять чемпионатов старше нашего, включая Испанию (27,11), Италию (27,03) и Англию (26,98), а самый возрастной – турецкий (27,91).

Логично, что следствием финансового кризиса стало увеличение доли собственных воспитанников. Отсюда большинство новых дебютантов. В среднем 17,8% игроков выступают за клуб, в системе которого провели не менее трех лет в период с 15 до 21 года. Это не очень много. Тут важен сам факт увеличения доли воспитанников (выросла всего на 0,5% за год и 0,8% за два), поскольку в 2009 - 2018 годах тенденция была полностью противоположной. Ежегодно доля доморощенных игроков снижалась – с 23,1% (2009) до 17% (2018). Теперь пошел обратный процесс. Денег на приобретение новичков все меньше, а потребность в футболистах никуда не пропала.

В России процент воспитанников стабильно ниже. В 2011 - 2019 годах он составлял в среднем всего 13%. С 2009-го (17,2%) также шло регулярное снижение доли доморощенных игроков. Это объясняется тем, что в тот период отечественные клубы росли за счет щедрости государства и нефтяных денег, но в 2014 году (самая глубокая яма – 10,9% воспитанников) лафа закончилась. После присоединения Крыма и европейских санкций экономические проблемы так сильно изменили картину отечественного футбольного мира, что уже на следующий год этот показатель вырос до 15,7% - он до сих пор высший за 10 последних лет.

В нынешнем году доля своих игроков в клубах РПЛ составляет 15,6%, что на 1,5% больше, чем годом ранее, и на 2,6% - чем два года назад. Постепенно работа собственных академий дает результат, что особенно заметно на примере «Динамо» (только в нынешнем сезоне 12 человек выходили на поле), «Локомотива», «Краснодара», «Зенита» (по 9) и ЦСКА (8). То есть, именно топ-клубы первыми в РПЛ реализуют эту очевидную идею, тогда как «Сочи», «Тамбов» и «Рубин» не имеют в составе ни одного (!) воспитанника, а «Уфа», «Ростов» и «Урал» - всего по одному. Вопрос о том, для чего существуют эти клубы, можно считать риторическим.

Еще один аспект финансового кризиса, вызванного пандемией, - это общее снижение числа новичков (тех, кто в команде не более года, не считая воспитанников) в клубах высших лиг. В 2009 году их доля составляла 36,7% и доросла до 45% в 2017-м. И хотя обратный процесс начался еще два года назад, в 2020-м он достиг наивысшей скорости. Сегодня в клубах 40,7% новых игроков, что на 2,5% меньше, чем годом ранее. За счет отсутствия нового притока и получили игровое время воспитанники клубных академий.

В РПЛ наблюдается аналогичная тенденция. С 2017 года (46,5%) их доля с постоянно падала и дошла до 39,7%. Это третий снизу показатель с 2009 года, а рекорд принадлежит злосчастному 2015-му – 33,5%. Наш текущий показатель ниже, чем во второй пятерке лиг (41,9%), но все еще заметно выше, чем в топ-5 (33,2%).

Соответственно, падает и доля иностранцев. В РПЛ она достигла рекордно низкой отметки 33,1%. Заметный отток по сравнению с прошлым годом, когда их было 38,1%, а больше всего зафиксировано в сытом 2013-м – 49,2%. В РПЛ легионеров (в широком смысле этого слова) значительно меньше, чем в топ-5 лиг (48,6%), внутри «нашей» пятерки чемпионатов (44,9%) и даже следующей десятке стран (42,4%). Наверняка показатели в РПЛ были бы еще ниже, если бы не искусственная потеря статуса легионеров белорусами, казахстанцами и т.д.

Исследование показало, что сильные продолжают скупать все и вся (кроме рациональных немцев, работающих на перспективу, а не только на сиюминутный результат), а слабые вынуждены пользоваться собственными ресурсами.

Богатые стали чуть менее богатыми, зато бедные – сильно беднее. Как следствие, разрыв между лигами в качестве мастеров (опытных игроков) продолжает расти. Для многих клубов из стран второго эшелона (куда относимся и мы) жизненно необходимым стало умение опираться на внутренние ресурсы. В условиях финансового кризиса выживут только лучшие из лучших. Это верно как с финансовой, так и со спортивной точек зрения.

Российские клубы, как показано, попали в категорию бедных, что само по себе, конечно, печально, зато более перспективно. По многим показателям нам еще далеко до лучших из лучших, но, по крайней мере, тенденции к улучшению наметились. Правда, не факт, что это положительно скажется на выступлениях в еврокубках (по крайней мере, сразу), зато сработает на общее развитие футбола в стране – все меньше иностранцев, все больше доморощенных игроков. Главное, нащупать необходимый баланс и не скатиться в категорию чемпионатов Чехии, Словении и Кипра. Глядя на выступление отечественных клубов на международной арене, прямо сейчас такую перспективу исключать нельзя.