Михаил Татаринов: Четырех месяцев Кокорину и Мамаеву хватит

- Кокорину и Мамаеву продлили арест еще на два месяца. Справедливо?
- Нужно их было туда сунуть, что б немного понюхали жизнь.

- Пока им подбирают, если так можно выразиться, тихих соседей.
- Я бы все-таки их к уголовникам определил, чтоб поняли, что к чему в этой жизни.

- Сурово…
- Ну а как иначе? Серьезные уголовники их там здорово потрясли бы. Они бы и передачки хорошие организовали. Там нужно со всеми делиться.

- Но пока с соседями им везет.
- Говорю, я бы их в такую хату определил, где сидят люди, живущие по понятиям. Где за каждое слово, за каждое действие нужно отвечать. Думаю, это было бы самое лучшее для них наказание. Получили бы важный опыт и многое поняли. Плохого они там не хватались бы, но научились себя вести в обществе. Там мозги им на место быстро поставят.

Но больше гнобить их не стоит. Думаю, этих четырех месяцев им хватит. Пусть дальше их в коллективе воспитывают.

- Приближается Новый год. Кокорин сказал, что отмечать не будет – потому что никто праздничный стол и елку не разрешит.
- О чем он говорит? Какой ему Новый год?

- А вообще, в таких местах Новый год кто-то отмечает?
- По мере сил и возможностей. Блатные отмечают – и даже с тортом и бенгальскими огнями.

- А как же режим - темно ведь в камере?
- В СИЗО свет никогда не выключается. Кто-то спит ночью, кто-то не спит. Например, я попал в такую камеру, что там по очереди спали. Сидело семнадцать человек, а шконок было десять. Кто-то спал ночью, остальные за столом время коротали – в домино играли, кроссворды разгадывали. И попробуй что-нибудь против скажи.

- Спали авторитетные сидельцы?
- Почему? Если к тебе хорошо относятся, то могут даже свое место уступить. На первоходок смотрят внимательно: если человек по жизни нормальный, все это сразу становится известно. К такому относятся тоже нормально.

- То есть, к вам относились нормально?
- Первоначально да, а затем уже все будет зависеть от твоего поведения. Я в своей камере ремонт сделал, а для всей тюрьмы протянул телевизионный кабель, чтоб люди могли смотреть больше каналов. Если ты что-то для людей сделаешь, то и для тебя условия создадут.

- В каком СИЗО вы сидели?
- На Можайке (ФКУ СИЗО-10 «Следственный изолятор №10» г. Можайск. - Прим. ред.). У нас практически не было шмона, не отбирали сахар. А так – и самогон гонят, и Новый год с самогоном встречают.

- Как насчет елки?
- Если надо, то могут и елку пронести. Все решаемо.

- На днях появилась новость, что Бутырку снесут.
- Да, я слышал. Кроме Бутырки, еще один изолятор снесут, а построят большой.

- Это хорошо, что перестанет существовать такое мрачное место?
- Что значит мрачное? Если ты в такое мрачное место попал, значит, заслужил.

- Кокорина и Мамаева можно назвать мажорами. Как мажоров встречают в таких местах?
- Относятся очень негативно. Если администрация не вписывается за этих мажоров, то им приходится сложно. Но опять же, все зависит от поведения. Могут хорошие передачки организовать для основных блатных, это может облегчить им жизнь. Но главные блатные обычно от мажоров ничего не берут.

- У вас были мажоры?
- Были, но не спортсмены, а барыги - торговцы, те, кто за спекуляцию попал. Их трясли по полной по поводу денег. На воле приходили к их родственникам и те платили за них.

- Если кто-то откажется платить, им будут созданы адские условия?
- Конечно, еще какие!

- В наши времена вроде бы коммерция в таких местах расцвела пышным цветом. Если платить, то можно сидеть в приемлемых условиях.
- При таком общественном резонансе Кокорину с Мамаевым будет сложно откупиться. Общество в СИЗО всегда в курсе всех дел, а тут такой шум на всю страну. Но опять же, зависит, как они себя поведут. Мне кажется, Мамаеву будет сложнее.

А вот с зоны, если они туда попадут, будет легче откупиться. Можно будет на УДО уйти или на поселение. Но, повторю, я бы не стал им присуждать сроки.

- Подводя итог: четыре месяца такого стресса для них вполне достаточно?
- Конечно, достаточно.

- Могут они вернуться в большой футбол? Кокорин очень нужен сборной.
- Если ему дать шанс, думаю, он будет землю грызть на тренировках, чтобы вернуться. Если Александр нормальный человек, он должен доказать и работать еще в десять раз больше.