1 октября 1988 года в Сеуле сборная СССР по футболу обыграла в финале Олимпийских игр Бразилию со счетом 2:1. Главный тренер той команды Анатолий Бышовец в интервью «Советскому спорту» вспомнил подробности 30-летней давности.
«ЖАЛЬ КОЛЫВАНОВА, НО ПРИШЛОСЬ РЕЗАТЬ ПО ЖИВОМУ»
– Анатолий Федорович, позвольте начать с отборочной кампании. Важный матч был в Швейцарии в конце октября 1987 года. При счете 2:2 вы выпустили Стасиса Баранаускаса, он забил два гола, обеспечив победу со счетом 4:2. Но на Олимпиаду вы его не взяли. Почему? – Конкуренция была велика. По игровым качествам к Баранаускасу претензий не было, но приходилось выбирать. Окончательный состав потихоньку вырисовывался по ходу отборочных матчей и товарищеских игр. Но думаю, что Баранаускас мог в Сеуле пригодиться.
– При такой конкуренции вам пришлось резать по живому. Кого больше всего жаль? – Колыванова. Игоря я давно знал, он у меня был еще в юношеской сборной. В его игре случился некий спад, и, к сожалению, мне пришлось принимать нелегкое решение.
Сборная СССР – олимпийский чемпион Сеула. Фото: «Советский спорт»
– Что б уже завершить тему с составом, давно хотел у вас уточнить: действительно ли Арминас Нарбековас мог остаться без Олимпиады из-за кружки пива? (Послеодногоизотборочныхматчейзаграницей на ужине вотеле Арминаспоставилтарелкуипошелзадобавкой. Когдавернулся, настолестоялбокалпива. ИвэтовремязашелБышовец: «ЧтоНорбик, пивкопотягиваешь?» – «Этонемое», – сказалАрминас. НоБышовецнеповерилибольшеневызывална – .). – Большого греха в этом нет. Надо только знать время и место. И еще возникает вопрос: почему один? Либо все гуляем, либо никто. В моих командах проблем с режимом никогда не существовало. Когда тренер не пьет, то и все остальные на него равняются.
Олимпиады
тренер
изменил
свое
решение
.
Прим. ред
А Нарбековаса не вызывал, потому что его возможности мне были известны, я хотел проверить других кандидатов.
– Национальная команда параллельно готовились к чемпионату Европы в Германии. В вашей сборной были футболисты, которые интересовали ее главного тренера Валерия Лобановского. Конфликты на этой почве возникали? – Серьезных конфликтов не было, но до испорченных отношений доходило. Хотя мы с Лобановским вместе играли за киевское «Динамо», знакомы много лет. Но некая ревность в отношениях присутствовала.
– В чем это выражалось? – На заседании правления федерации футбола я заявил, что нужно разделить сборную на первую и олимпийскую. Это важное решение необходимо было принять, чтобы не срывать подготовку к турнирам. Перед одним из контрольных матчей Лобановский вызвал шестерых моих футболистов. Договорились – они сыграют хотя бы по тайму. Но в итоге никто на поле не вышел. После этого я сказал, что больше игроков ему не дам. Меня поддержал Никита Павлович Симонян, который был тогда главным тренером сборных команд.
– И больше игроков не давали? – За исключением финальной части чемпионата Европы. Лобановский пригласил Михайличенко. Я прекрасно понимал, что нельзя Алексея не отпустить. Как по-человечески, так и в плане профессиональной пользы. Участие в таком турнире пойдет молодому игроку на пользу. Пригашал на заключительный сбор Лобановский и Добровольского, но Игорь в окончательную заявку не попал.
Фото "Советский спорт"
«СПРОСИЛ ВЫСОЦКОГО ПРО «ФИОРЕНТИНУ»
– Как советскому тренеру удалось попасть на аудиенцию к Папе Римскому Иоанну Павлу Второму? – Меня многое связывает с Италией. Еще в 1964 году мы с Толей Банишевским там на турнире поделили призы лучшему игроку и лучшему бомбардиру. В 1968-м на чемпионате Европы, который проходил в Италии, о моей игре были очень хорошие отзывы. У меня за эти годы сложились отличные отношения с итальянскими тренерами, футбольными менеджерами. И в 1988-м мне сказали, что есть возможность попасть на аудиенцию к Папе. Как упустить такую возможность? Мы с женой отправились в Ватикан.
– О чем говорили? – Беседа продолжалась минут десять. Говорили о политике, тогда весь мир обсуждал перестройку. Папа сказал, что хорошо бы чаще проводить футбольные благотворительные матчи. Пожелал удачи на Олимпийских играх. Говорил он на очень хорошем русском языке.
– Как в Москве восприняли ваш частный визит к понтифику? Не было окриков, как этот Бышовец посмел?! – Знаете, в том, что сейчас пишут про советское время, много преувеличения, а зачастую и неправды. Никто ничего мне не сказал.
– Что б уже завершить итальянскую тему. Когда впервые услышали песню Владимира Высоцкого, где были строки «...Но недаром клуб «Фиорентина» предлагал мильон за Бышовца»? – Мы с женой заядлые театралы, она у меня по профессии театровед. Бывали часто и в «Таганке» Юрия Любимова. Как-то после одного спектакля вместе с Высоцким в одной компании проводили время. И Владимир мне сказал, что написал такую песню. Я у него спросил, откуда ты знаешь про «Фиорентину? «Уж, я-то знаю», – ответил Высоцкий.
– Но предложение итальянцев действительно было? – На одном из банкетов во время чемпионата Европы-1968 к тренерам подошли представители итальянского клуба и озвучили данное предложение. Но тогда трудно себе было представить, чтобы кто-то из советских футболистов уехал за рубеж.
Фото: «Советский спорт»
«НЕТТО СКАЗАЛ, ЧТО ВЫИГРАЕМ ОЛИМПИАДУ»
– В июне 1988 года сборная Лобановского стала вице-чемпионом Европы. Начальство после этого не говорило, что теперь вы обязаны выиграть Олимпиаду? – Если не брать Мельбурн-1956, наша сборная выше третьего места на Олимпиадах не поднималась. А ведь это была первая сборная, и играла она с любителями. Лишь соцстраны выставляли на Олимпийские игры первые команды. В Сеуле же играли профессионалы. Было только одно ограничение: там не могли выступать участники последнего чемпионата мира. В составе сборной ФРГ, которая заняла третье место, были Хесслер, Клинсманн, Ридле. А какие составы привезли итальянцы и бразильцы! В Корее был самый сильный в истории Олимпиад футбольный турнир.
Поэтому никто не говорил, что мы обязаны выиграть золото. Подразумевалось, что должны удачно выступить. Да и у меня была полная уверенность, что сыграем хорошо.
– Если бы провалились, положили бы партбилет на стол? – Не думаю, что до такого дошло бы. Ведь по ходу турнира мы больше удивляли начальство, чем оно в нас верило. Но были люди, которые верили. Например, Игорь Нетто. Перед последним отборочным матчем со Швейцарией, мы провели контрольную игру в Бресте против местного «Динамо». Играли, кстати, неважно. И Нетто мне тогда сказал: «Знаешь, вы все-таки выиграете Олимпиаду». Услышать такое от Нетто, это, знаете ли, дорогого стоит.
«ПЕРЕВЕЛ ГОРЛУКОВИЧА ИЗ ПОЛУЗАЩИТЫ В ОБОРОНУ»
– В полуфинале с Италией команда проигрывала 0:1, потом сравняла счет и забила два гола в дополнительное время. Вот отрывок из отчета по поводу победного мяча: «Нарбековас получил пас от Добровольского и нанес великолепный удар внешней стороной стопы в дальний нижний угол ворот. Таккони вытянулся в струнку, но это не помогло». – Гол получился красивым. Я забил такой же венграм в 1967-м в «Лужниках» в четвертьфинале чемпионата Европы. Руководителем итальянской делегации был легендарный Луиджи Рива. Мы хорошо знакомы, играли друг против друга. После матча столкнулись и оба молча развели руками: мол, это футбол. Но видно было, как он расстроен. С таким составом итальянцы явно нацеливались в Сеуле на золото.
В полуфинале мы потеряли основного опорника – АлексейЧередник получил вторую желтую карточку и не мог играть в финале. А для матча с бразильцами он очень был нужен – дисциплинированный, оборонительного плана игрок. Перед Олимпиадой мы провели два контрольных матча в Японии, там получил травму один из наших основных центральных защитников Игорь Скляров. Надо было что-то решать с центральной зоной, найти пару Геле Кеташвили. У нас был Арвидас Янонис, мощный, рослый защитник из «Жальгириса». Но я решил опустить из полузащиты Сергея Горлуковича. И эта пара отлично сыграла в Сеуле.
Фото: «Советский спорт»
«ПЛАЧУЩЕГО КАРЛОСА АЛЬБЕРТО НЕ ВИДЕЛ»
– Я ведь подбираю игроков не только по игровым, но и по личностным качествам, – продолжает Бышовец. – Важен порог терпения в сложных матчах, когда все на переделе. И здесь очень важно перетерпеть, доиграть до конца. Именно такой порог терпения – личный и командный – помог нам в финале.
– Почему решили перед финалом поселить команду на теплоходе? – На следующий день после полуфинала я шел по Олимпийской деревне. Встретил тренера гандболисток Игоря Турчина. Он был расстроен, его команда завоевала только бронзу, хотя считалась фаворитом. Кто-то выиграл, празднует, другие ходят удрученными.
Мне такая обстановка не понравилась. Где еще мы могли от всего этого спрятаться? Только на теплоходе. Я поехал туда, переговорил с капитаном, отведал отличного борща. Затем отправился к Марату Владимировичу Грамову, главному спортивному функционеру страны, и сказал ему, что мы будем готовиться на теплоходе «Михаил Шолохов». Там сауна, волейбольная площадка, бассейн. И главное – команда была изолирована от шума-гама олимпийской деревни.
– Как Грамов отреагировал? – Спросил: «Ты хорошо подумал?». Я ответил: «Да». Вячеслав Колосков развел руками: «Ну, раз тренер так решил». Еще подумал: никто нас за второе место не расстреляет. Но, если проиграем бразильцам, могут начаться разговоры: вот, мол, Бышовец увез команду на корабль, поэтому и проиграли. Впрочем, такие разговоры меня не пугали.
Фото: East News
– Изолирование команды помогло? – Это сыграло свою положительную роль. Еще я решил, что не надо игрокам показывать видео с матчами сборной Бразилии. Сам подробно рассказал про соперника, побеседовал с каждым из ребят индивидуально. Нужно было лишить бразильцев преимущества в технике. При этом сохранить баланс между обороной и атакой. За креативность у нас отвечали Добровольский и Михайличенко. Ну и Нарбековас тоже умел что-то неожиданное для соперников придумать впереди. Большая нагрузка в атаке ложилась на Володю Лютого. Он тот форвард, который умел принять мяч, подержать. Такие нападающие создают давление на центральных защитников.
– Ромарио, воспользовавшись ошибкой Дмитрия Харина, открыл счет на 30-й минуте. Что подумали – началось? – Таких мыслей точно не было. От итальянцев тоже первыми пропустили. У меня был план на игру, в перерыве планировал выпустить Юру Савичева. Я ему сказал: «Юра, ты забьешь».
– И он забил в овертайме свой знаменитый гол. За несколько секунд до свистка арбитра на экранах показали плачущего навзрыд тренера бразильцев Карлоса Альберто. Вы видели, как он рыдал? – Я в тот момент смотрел только на поле. В концовке Лютый и Михайличенко выходили один на один, мы могли выиграть и с более крупным счетом, чем 2:1.
– Добровольского, который сравнял счет с пенальти, потом вспоминал: «Вообще не нервничал. Сам не могу ответить, почему. Даже сомнений не было – забью». – Классного игрока отличает психологическая уверенность, умение сыграть в сложной ситуации, когда дефицит пространства и времени. То же самое можно сказать про Михайличенко. Я с Алексеем прошел большой путь: в 11 лет он занимался в моей группе в Киеве, затем стал чемпионом Украины, СССР, олимпийским чемпионом, вице-чемпионом Европы. У меня есть медаль от президента «Сампдории», за то, что я воспитал игрока этого клуба Алексея Михайличенко.
– Что происходило после матча кроме того, что футболисты вас качали? – Я пошел на пресс-конференцию. Конечно, все ожидали, что победят бразильцы. Какие были вопросы? Про соперников, как удалось так подготовить команду. Вернулся в раздевалку – там последняя бутылка шампанского осталась. Мы с Колосковым выпили по фужеру – и все.
Тренерский штаб сборной СССР. В центре Анатолий Бышовец, второй справа Гаджи Гаджиев. Фото: «Советский спорт»
«ВЫБИЛ ДЛЯ РЕБЯТ ПО 10 ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ»
– Отмечали бурно? Писали, что на утро на корабле не смогли найти Вадима Тищенко. – Да ну хватит вам! Такую ерунду понаписали! Когда вернулись, я сразу сказал: «Завтра утром награждение, будут вручать удостоверения заслуженных мастеров спорта. Поэтому всем быть в нормальном состоянии. Затем поедем на пароход, там банкет». Мы же все-таки советские спортсмены, ну нельзя в непотребном виде находиться в олимпийской деревне. На корабле – все свои, можно отпраздновать, но меру в любом случае нужно знать. В моих командах любители этого дела никогда не задерживались.
– Как Родина за победу отблагодарила? – Я всегда, что в клубах, что в сборной, заранее определял премиальный фонд с руководством. Футболисты должны знать, за что играют. Составил такую схему премиальных – они возрастали в зависимости от того, как далеко мы пройдем в Сеуле. Максимальная цифра составила в районе 10 тысяч долларов на человека. Огромные деньги по тем временам. И высокое начальство мою схему одобрило. Перед Олимпиадой было общее собрание всех тренеров национальных команд. Александр Гомельский, когда услышал сумму, воскликнул: «Вам создали особые условия. Как же мы будем баскетболистов стимулировать?!». Ребятам выдали премиальные в валюте прямо в Сеуле. Меня просили помочь купить там машины. Стал выяснять через посольство, как переправить на корабле. Оказалось проблемно, решили от этой идеи отказаться.
– В Москве был большой прием героев Сеула. Какой орден вам вручили? – На этом приеме меня не было, награду вручили потом – орден Трудового Красного знамени. Скажу так: цель определяет человека. Когда человек ставит большую цель, он растет, даже если ее не достигает. Мне было очень приятно работать с этой командой, с большой благодарностью вспоминаю те дни.
– Все знают, что вы любите цитировать великих. Можно что-нибудь и для наших читателей? – Сердце свое оставил на поприще своем – И горд победам, добытым честью и трудом… Это мои строчки.
СТАТИСТИКА
ОЛИМПИАДА-1988
Групповой турнир КОРЕЯ – СССР – 0:0 СССР: Харин, Кеташвили, Горлукович, Чередник, Лосев (к), Михайличенко, Ю. Савичев (Татарчук, 58), Нарбековас, Пономарев, Добровольский, Бородюк (Лютый, 46) Судья: Ланезе (Италия) 18 сентября 1988 г. Пусан. «Кудук стэдиум». 30 000 зрителей
ЭКСКЛЮЗИВ
Классный футболист
Бонусы букмекеров!
Фото
Видео
