Игорь Колыванов: Минут на двадцать пять меня бы сейчас хватило

– Голы свои помните?
– Ну, конечно, не все сто семнадцать – кажется, столько я забил за свою карьеру. Но кое-какие мячи в памяти остались. Например, как за молодежную сборную Союза забивал. С девятью голами стал лучшим бомбардиром турнира. Но главное, что в 1990 году мы стали чемпионами Европы. Команда была на загляденье: Мостовой, Канчельскис, Кобелев, Шалимов, Добровольский, Кирьяков!

– А потом разлетелись, как птицы, по европейским «гнездам». Известными были, но никто не стал знаменитым…
– Не только игроки виноваты, но и судьба, обстоятельства. И то, что Советский Союз разлетелся. Да и футбол непредсказуем. У игрока между счастьем и несчастьем – секунды. Красиво сыграл, забил гол, а потом… То тебя срубят, то сам в кого-нибудь врежешься. Или сам получишь нелепую травму.

– Как вы в 94-м.
– Играли с Сан-Марино в Лужниках. С соперником никаких проблем, настроение замечательное, счет 4:0 в нашу пользу. На последней минуте бью по мячу и – чувствую страшную боль. Это была не просто тяжелая травма, которая на полгода вывела меня из строя. Уже был готов контракт с «Интером», а это, как вы понимаете, означало повышение в классе. Но все рухнуло в одну секунду.

– Игорь Владимирович, давайте вспомним приятное. Как вы в 1991-м в Москве «Днепру» целых пять штук положили.
– Я уходил из «Динамо» в итальянскую «Фоджу» и решил устроить прощальный банкет. Мяч ложился на ногу идеально, забивать удавалось из любых положений. Настроение было странное. С одной стороны, радостно, что многое получается, с другой – грустно: уходил из такой замечательной команды. «Динамо» навсегда осталось в моем сердце.

– Еще два знаковых события того года – вы стали лучшим бомбардиром первенства, между прочим, последнего, союзного. И были признаны лучшим футболистом страны. Той самой, исчезнувшей навеки.
– Конечно, было приятно. А вот насчет празднования… Осенью 91-го было очень тревожно. Полная неизвестность – да вы и сами все помните. Никто не знал, что с нами будет, как жить дальше. И тут предложение из Италии!

– Минуточку! Прежде чем «ехать» в Италию, вернемся назад, в год вашего дебюта в «Динамо». Ноябрь 1986-го, матч с киевскими одноклубниками в спорткомплексе «Олимпийский».
– Мы лидируем в первенстве, победа делает нас чемпионами. Вышли на поле с огромным настроем, давили. Вася Каратаев забил, кажется, минуте на пятой – пушечным, зверским ударом. Но успокаиваться и не думали, снова терзали киевскую защиту. Играли в «искренний», быстрый и техничный футбол, который нам прививал Эдуард Васильевич Малофеев.

Добровольский технично прокинул мяч между двух защитников, и я вылетел один на один с Чановым. Ударил, но вратарь парировал мяч. Забей – счет стал бы 2:0. Был еще момент, когда Кузнецов свалил меня в штрафной, но судья промолчал. За десять минут до конца Рац головой забил ответный гол. Они получили драгоценное очко, а мы – жгучее разочарование.

Ответный матч состоялся через несколько дней в Киеве. Надежды, честно говоря, питали слабые – в столице Украины победить было сродни чуду. Переполненный стадион, понятно, болел против нас, да и пенальти, по-моему, довольно сомнительный в начале встречи команду подкосил. Потом пропустили второй мяч. Но мы боролись, и в начале второго тайма мне удалось отквитать один гол. Была еще одна неплохая возможность, но забить не получилось.

Май 2006 года. Наставник юношеской сборной России Колыванов помогает проводить тренировку основной национальной команды накануне товарищеского матча с Испанией (0:0). ФОТО АЛЕКСЕЯ ИВАНОВА/ТАСС

– «Поехали» за рубеж! Почему выбрали «Фоджу»? Команда малоизвестная, только-только вышла в серию А. А вас и в Испанию звали, и в Англию...
– Итальянский чемпионат был сильнейшим в Европе, очень хотелось попробовать там свои силы. В «Фоджу» отправился еще и потому, что в ней играл Игорь Шалимов. Он мне на первых порах здорово помог – и освоиться в быту, и к команде привыкнуть. Хорошо, когда есть человек, с которым можно поговорить по-русски, отвести душу.

– Итальянский быстро освоили?
– Примерно через полгода мог довольно сносно объясняться. Но сначала было трудно. Как-то попал в нелепую ситуацию. Подошли телевизионщики, задают традиционный вопрос: «Как вы оцениваете прошедший матч?» Начинаю бодро: «Начали хорошо, имели возможности…» И все – замолчал, забыл слова. Журналист ждет, а я молчу. Этот урок я хорошо усвоил. Да и самолюбие заело. К тому же без языка в чужой стране жить просто невозможно. Идешь по улице – тебя узнают, засыпают вопросами. Зашел выпить кофе – через двадцать минут бар полный, опять начинается «интервью».

– Жизнь в Италии. Какой она была для вас?
– Восхитительной! В Фодже – 150 с лишним тысяч жителей. Стадион «Пино Закерия» вмещает больше 25 тысяч, на каждом матче – аншлаг. Получается, болеет каждый шестой! На самом деле за «Фоджу» переживали, кажется, все – мужчины, женщины, дети, старики. Шли на стадион с трубами, барабанами, трещотками, флагами. Жители города – добряки. «Фоджа» побеждает – в народе чуть ли не карнавал. Проигрываем – хмурятся, но успокаивают: «Ладно, не горюйте, выиграете в следующий раз». Но если уступаем раз, другой, третий, настроение резко меняется. Ведь от любви до ненависти – один шаг.

– Вы говорили, что игра приносила колоссальное удовольствие.
– Хотя «Фоджа» была дебютантом Серии А, за очки дралась отчаянно. В Италии царствовало катеначчо – футбол с явным акцентом на оборону. Мы же переворачивали традиции – играли быстро, задорно, я бы сказал, весело. Много забивали и много пропускали. Даже «Интер», «Милан» и другие гранды ехали в Фоджу с опаской – мы давали им настоящий бой.

– Вы узрели итальянские красоты? Или все заслонял футбол – сначала в «Фодже», потом – в «Болонье». Наставления тренеров, тренировки до изнеможения, потом – игры, в которых надо было отдавать не только все силы, но и частицу души, сердца…
– В «Динамо» как было? Нас запирали на базе. И тренировки, тренировки… Потом – матч, выходной, затем все сначала. На Западе другая жизнь. Никто за тобой не следит в быту, но работать надо много, и тренировки очень тяжелые. Об играх на первенство Италии и не говорю – скорости высочайшие, жесткая борьба по всему полю. И так – с начала и до конца встречи.

И все же удалось увидеть немало итальянских красот. Замечательная, неповторимая страна – чудесные пейзажи, потрясающая архитектура. Не влюбиться в Италию невозможно! Я один из многих, кто не устоял перед ее очарованием.

– Вы играли в трех сборных – СССР, СНГ и России, участвовали в двух чемпионатах Европы. Но в обоих случаях надежды оборачивались разочарованиями.
– Я же говорил, что футбол непредсказуем. В 1992 году мы попали в «группу смерти» – с Голландией, Германией и Шотландией. Однако едва не вышли в плей-офф. Очень достойно сыграли и с сильными немцами, и с чемпионами Европы 1988 года голландцами, завершив оба матча вничью. Для выхода из группы достаточно было поделить очки с шотландцами.

Но с первых минут начинается невезение. Они бьют по воротам Димы Харина – рикошет и гол. Потом новая беда – мяч отлетает от штанги, попадает вратарю в спину и – новое несчастье. Ну а в конце игры – пенальти и 0:3…

В 1996 году тоже были определенные надежды, которые опять же не оправдались. Точнее, мы их не оправдали. Уступили Италии, Германии, сыграли вничью с Чехией.

Почему это произошло? Ответа нет. Кто виноват? Тоже не могу сказать. Хотя уверяю вас, что к обоим турнирам мы были готовы и физически, и психологически. Возможно, помешали какие-то нюансы, да и везения не хватило. Состав команды был очень сильный. Многие футболисты потеряли великий шанс.

10 ноября 1996 года. Люксембург – Россия – 0:4. Защитники способны остановить Колыванова только с помощью фола. ФОТО GETTYIMAGES.RU

– Имеете в виду и себя?
– Конечно. Но мне грех жаловаться на судьбу. Играл в «Динамо», где провел пять с половиной прекрасных лет, потом – в итальянских клубах. Выступал в Кубке УЕФА, немало забивал… И везде у меня были замечательные партнеры. О россиянах я уже говорил, с удовольствием вспоминаю и тех, с кем играл в Италии. Это – Роберто Баджо, Кеннет Андерсен, Клас Ингессон, Дан Петреску, ставший известным тренером.

Кстати, два года подряд меня приглашали в Италию на юбилеи. В 2009-м был зван на столетие «Болоньи», спустя год – на 90-летие «Фоджи». Встречи были очень сердечными.

Бесконечно благодарен специалистам, с которыми меня свела судьба, – Эдуарду Васильевичу Малофееву, Валерию Васильевичу Лобановскому, Анатолию Федоровичу Бышовцу, Валерию Георгиевичу Газзаеву. Очень много дала мне совместная работа со Зденеком Земаном, Карло Маццоне. Став тренером, часто вспоминаю их уроки.

– Вы можете пожалеть лишь о том, что пришлось рано закончить карьеру…
– Фактически ушел из футбола в тридцать три года, но на самом деле это произошло гораздо раньше. Замучили травмы, лечился почти полтора года, причем долго, мучительно. Одно время даже ходил с трудом. Врачи даже про ампутацию говорили. Однажды поставили диагноз еще страшнее. Хорошо, что встретил доктора, который меня буквально спас.

– О продолжении карьеры не было и речи?
– После лечения я понимал, что на прежний уровень уже не выйду. К тому же просто устал болеть и лечиться. Так зачем выходить на поле? Чтобы оттягивать уход, мучиться, слышать свист, обидные крики с трибун? Нет, если чувствуешь, что твое время прошло, надо уходить.

– Сейчас вы возглавляете столичное «Торпедо». Для именитого московского клуба сложные времена – он пребывает в Профессиональной футбольной лиге. Вы оптимист?
– Конечно, иначе не стоило бы браться за дело. В данном случае говорю о команде, в которой работаю. Буду лаконичен: предпосылки для успешного выступления есть. Но удастся ли претворить задуманное в жизнь, покажет время. Надеюсь, оно будет работать на «Торпедо».

– Вам снятся футбольные сны?
– Да, и довольно часто. Бегу, кого-то обвожу. Ну и забиваю, конечно. Получается даже красивее, чем в жизни. Жаль только, что никого рядом не различаю. Но, судя по тому, какие получаю передачи, партнеры у меня и во сне классные.

– Могли бы вы сейчас выйти на поле и сыграть? Не с ветеранами, а в профессиональной команде, с ребятами, которые вам в сыновья годятся. Кстати, в стародавние времена Стэнли Мэтьюз, этот английский футбольный долгожитель, первый обладатель «Золотого мяча», играл до пятидесяти лет. Да еще голы забивал.
– Форму поддерживаю благодаря занятиям с футболистами «Торпедо», – Колыванов улыбается – широко, открыто, как будто ему предлагают выгодный контракт. – Постоянно – в гуще игры. Думаю, минут на двадцать пять в хорошем темпе меня бы хватило. Может, и на гол бы наиграл…

Конец 80-х. Юный динамовец Игорь Колыванов против ветерана «Спартака» Александра Бубнова. ФОТО ИГОРЯ УТКИНА/ТАСС

Родился 6 марта 1968 года в Москве.

КАРЬЕРА ИГРОКА
Выступал на позиции нападающего за московское «Динамо» (1986-1991), итальянские «Фоджу» (1991-1996) и «Болонью» (1996-2001).

ДОСТИЖЕНИЯ
Чемпион Европы-1990 среди молодежных сборных, серебряный призер чемпионата СССР (1986), бронзовый призер чемпионата СССР (1990).

ЗА СБОРНЫЕ СССР/СНГ/РОССИИ
провел 59 матчей, забил 15 мячей. Участник чемпионатов Европы 1992 и 1996 годов.

ТРЕНЕРСКАЯ КАРЬЕРА
Юношеские сборные России (2002-2008), молодежная сборная России (2009-2010), «Уфа» (2012-2015). С июня 2017 года – главный тренер «Торпедо».

ТРЕНЕРСКИЕ ДОСТИЖЕНИЯ
Победитель Евро-2006 возрастной категории «до 17 лет».