В 8 утра накажут или простят

Почва из-под ног тех, кто ныл про всемирный антироссийский заговор, выбита. К Камиле Валиевой отнеслись по-человечески.

Суд CAS не полгода-год будет решать вопрос, когда Олимпиада останется давно позади. Выездное заседание суда проводится, как в большинстве подобных случаев бывает, прямо в Китае. Хотя тут можно было зацепиться за юридические нюансы – допинг-то не на Играх обнаружен. Но судьи назначаются оперативно, заседание проводится быстро, уже в воскресенье, 13-го, чтобы в понедельник, 14-го объявить о принятом решении и чтобы спортсменка смогла узнать о том, допущена или нет, ДО начала индивидуальных соревнований. При этом ей не мешают сейчас тренироваться, не ставят палки в колеса. И даже показания согласились заслушать в режиме видеосвязи, чтобы девочку лишний раз не беспокоить. Кто-то продолжит говорить, что к нам нелояльны?

Вопросов становится все больше. Мне не хочется перечислять общеизвестное – спрошу только одно: что в «инкубаторе Тутберидзе» делает врач, заваливший в допинговый скандал в 2007-м аж шестерых гребцов? Вот какие его там функции? Меряет давление? Банки ставит? Что конкретно? Почему он вообще рядом? Или он как пожизненно дисквалифицированный преступник-ходок Чёгин, который стал формально охранником в своём же центре, лишь бы продолжать тренировать?

Информацию, очевидно, знают в сборной (и около сборной) очень многие. Алина Загитова говорит вчера в интервью:

– Я не знаю, что там было и какие подводные камни, но это какая-то история, которая покрыта мраком. Вообще непонятно, много очень вопросов. Не к Камиле, а мы понимаем, к чему и кому.

Это дословная цитата из сказанного Алиной в эфире Первого канала. Ясно, что девушка не может сказать большего. Но кому-то придётся рано или поздно говорить?

 А дальше – яма. Голоса о том, что Россию после всех ее допинг-преступлений простили и сделали в этом ошибку, раздаются всё активнее. Что вчера сказал член МОК, экс-глава ВАДА Ричард Паунд, комментируя историю с Валиевой:

– Это непохоже на загрязнение в пробе, это не терапевтическое использование довольно сильнодействующего препарата. В определенный момент, если вы абсолютно неисправимы, вы оказываетесь в положении, когда может быть введен «тайм-аут» для страны. Мы могли бы сказать - мы можем вам помочь, у вас проблема, мы можем сосредоточиться на этом. Возьмите тайм-аут на одну, две или три Олимпиады, пока не возьмете ситуацию с допингом под контроль. Русские не помогают себе, потому что они абсолютно не раскаялись. Они ничего не признают, они обжалуют каждое решение. Я думаю, что такой подход - позволить им выступать на Играх в Пекине в качестве команды Олимпийского комитета России – был слишком мягким. Я уверен, что русские заручились поддержкой юристов и делают все возможное, чтобы проконтролировать ущерб.

И в нашем спортивном подъезде – чего греха таить – вовсе не Паунд гадит. Это мы сами никак не можем начать прибирать за собой.

В 8 утра по Москве, в понедельник, нам объявят о принятом решении. Заседали судебная «тройка» (итальянец, словенец и американец) семь с половиной часов. Видно, что решение далось не просто. Но каким бы ни было объявленное решение, на заданные вопросы отвечать все-таки придется.