«Я соскучился по медалям». Бронза Шипулина и другие события этапа в Антхольце

Готовность наших стреляющих лыжниц к Олимпийским играм – это катастрофа. Единственная спортсменка, показывающая приличные результаты, – Екатерина Юрлова-Перхт, которая целиком пропустила предыдущий сезон из-за рождения ребенка.

Все настолько плохо, что поначалу в стартовом листе последнего предолимпийского масс-старта значилась только Юрлова. Одно место наряду с нашей командой было у Казахстана, Швейцарии, Польши, Финляндии. Для сравнения: норвежек, итальянок и украинок в гонке для элиты было по трое, француженок – четверо, немок – сразу шесть!

В последний момент судьба подарила шанс выступить в масс-старте и Татьяне Акимовой, но, честное слово, лучше б этого не происходило вовсе. Прошлогодний первый номер российской команды проиграла лидеру шесть с половиной минут и финишировала последней. Провал.

За счет чего мы и за счет кого биатлонная Россия будет пытаться сохранить лицо в Пхенчхане – совершенно непонятно. Медальные перспективы – они не просто туманные, они нулевые. Счастьем будет заезд в цветы имени Юрловой. Если случится что-то более радостное, то принимать это нужно как чудо.

Теперь у мужской команды целых три бронзовые медали за сезон. Одна, напомним, была в эстафете в Рупольдинге еще одна – у Шипулина в Анси в гонке преследования и, наконец, третья бронза в минувшую субботу в Антхольце, опять же в пасьютье. 

Радоваться или плакать – решайте сами.

Впрочем, сам Шипулин доволен происходящим:

– Рад, что сегодня есть медаль, – сказал он после финиша. – Я по ним соскучился, их не так много в этом сезоне. Йоханнес и Мартен, которые были впереди, не давали шансов побороться с ними, они сегодня вне конкуренции. Хотя я мог бы сразиться с Мартеном, если бы не ошибка на первом рубеже. На последнем круге мы все трое уже отдыхали, поскольку изменить особо было уже ничего нельзя. А так я шел очень сильно, но с небольшим запасом: не дай бог пришлось бы бежать штрафной. Йоханнес был очень далеко впереди, Фуркада я хотя бы видел – от него перло уверенностью. Он понимал, что промахиваться нельзя, и не промахивался. Хотя в душе мне хотелось, чтобы он ошибся. Что касается меня, то на третьем рубеже была уверенность, знал, что справлюсь. На четвертом стало подкалбашивать, но повезло, я все попал.